Мамардашвили о мифах и ритуалах

Миф, ритуал, религия, совесть и эмоция: внерациональное единство

«Что я имел в виду, рассуждая об особой жизни, в связи с которой можно говорить о мифе как о человекообразующей машине, а не о системе представлений. (В дальнейшем нам придется говорить о философии как особом типе размышления, связанного, кстати весьма существенно, в том числе и с проблемой или с идеей жизни, организуемой в качестве условия и формы личностного спасения.) Так что же это за особая жизнь, с которой связано то, что я назвал конструктивной стороной мифа и что затем окажется конструктивной стороной и философского рассуждения, которое, собственно, и появляется (уже на уровне понятий) с открытием этой конструктивной стороны? Читать далее

Вебинары «Философия Грегори Бейтсона»

Один человек хотел понять, как действует разум в его компьютере. Он спросил его: «Как ты считаешь, сможешь ты когда-нибудь мыслить, как человек?» Машина принялась анализировать собственные вычислительные привычки. Наконец она напечатала ответ на листе бумаги. Человек схватил лист с ответом и увидел аккуратно напечатанные слова «ЭТО НАПОМИНАЕТ МНЕ ОДНУ ИСТОРИЮ»…

Как устроено и по каким принципам работает человеческое мышление?
Что мы знаем о мире (и что мы в действительности можем о нём знать)?
Что служит «строительным материалом» реальности (и что можно назвать «реальностью»)?
Каким образом мы получаем (или создаём) свои знания?
Как язык помогает (или мешает) процессу познания?
Что и как может знать человек о себе самом, об окружающих людях, о своих отношениях с ними?

Эти и другие вопросы нам хотелось бы обсудить вместе с Вами!
23 июля в 20.00 (время московское) мы начинаем серию вебинаров на тему «Философия Грегори Бейтсона»!


10 фактов о Грегори Бейтсоне

1. Грегори Бейтсон — сын генетика Уильяма Бейтсона. Один из друзей Бейтсона говорил, что «Грегори всю жизнь как будто пытался доказать что-то своему отцу, так никогда и не перестал оглядываться на него» (найдено в Newsletter on the ideas of Gregory Bateson «Continuing The Conversation»). Дед же Бейтсона был магистром в том же колледже, что и Грегори (антропология, в 1930 году). Генетика и эволюция всю жизнь были неиссякаемым источником метафор в работах Бейтсона.

2. Первые книги Бейтсона — Naven (в 1936) и Balinese Character (совместно с Маргарет Мид в 1942) — до сих пор остаются классикой антропологии по качеству материала и оригинальности анализа.

3. Бейтсон не защитил даже кандидатской диссертации, хотя преподавал в уважаемых университетах, читал лекции, был некоднократно признан как ученый, стоял у истоков нескольких научных (и околонаучных) школ и направлений, это даже не считая еще неосвоенного наследия.

4. Чаще всего имя Бейтсона связывают с понятием double bind (даблбайнд, когда-то был известен как «двойная связка», но точного перевода на русский, к сожалению, не существует и вряд ли он возможен, поэтому сейчас скорее принят термин-калька). Чаще всего, как многие другие бейтсоновские идеи, его понимают как линейное противоречие в речи, вроде «Не оставляйте меня одного и не нарушайте моего одиночества», тогда как исходно это означает присутствие противоречащих сигналов на разных уровнях коммуникации, например, сказать ребенку ледяным тоном «Я люблю тебя» — это один из возможных вариантов даблбайнда.

5. Идеи Бейтсона не столько сложны сами по себе, сколько очень перпендикулярны общепринятому способу мышления (и действия). Количество ассоциативных связей в его голове и великолепное понимание законов развития живых организмов не позволяли ему мыслить линейно, хотя он честно признавался, что и сам не всегда способен мыслить тем способом, который считает верным и экологичным. Глубочайший текст «Сознательная цель против природы» мог бы быть обязательным к прочтению еще в школе, если бы мы жили в идеальной стране и экологичном мире.

6. (продолжение следует…)