Неоаристотелианство и психотерапевтическая этика, Аласдер Макинтайр

Неоаристотелианство и психотерапевтическая этика (начало)

(В преддверии наших вебинаров по этике, следите за нашими анонсами в рассылке, публикую нескромно свою давнюю не потерявшую актуальности статью по этике психотерапии, в трех немаленьких частях)

…Гераклит, алхимики, Уильям Блейк, Ламарк и Самюэль Батлер… Для них научное исследование мотивировалось желанием построить всеобъемлющую картину вселенной, которая показала бы, что есть человек и как он соотносится с остальной вселенной. Картина, которую пытались построить эти люди, была этической и эстетической.

Несомненно, существуют многочисленные связи между научной истиной, с одной стороны, и красотой и моралью, с другой. Если человек усваивает ложные мнения относительно собственной природы, он будет вовлечен в действия, в некотором глубоком смысле аморальные или безобразные.

Г. Бейтсон

Введение

В современном мире моральный язык находится в состоянии крайней раздробленности, причем раздробленность эта была фактически неотрефлексированной в научном дискурсе — до появления книги Макинтайра «После добродетели» [1]. Эта работа в известной степени резюмировала спор между либералами и коммунитаристами[2] и легла в основу нового направления современной философии морали, неоаристотелианства.

Значение работ Макинтайра прежде всего в том, что он помещает современное состояние морально-этического дискурса в широкий исторический контекст, прослеживая историю моральной философии от Древней Греции до настоящего момента. Из этого рассмотрения он делает обоснованный вывод, что современная философия морали наследует тому, что Макинтайр называет «Проектом Просвещения», основная идея которого в том, чтобы «определить совокупность моральных принципов, равно обязательных для любого рационального человека. Этот проект потерпел крах, а его наследниками стали разнообразные теории — кантианские, утилитаристские, контрактуалистские и различные их сочетания, между ними множились разногласия и в результате культура ХХ века оказалась лишенной общепризнанных рациональных моральных принципов, унаследовав сплав из фрагментов моральных воззрений и теорий прошлого»[3].

Таким образом, если Аласдер Макинтайр прав, наша мораль (и философия морали) находится этически и морально в крайне плачевном состоянии, сравнимом с положением цивилизации, возникшей на обломках некогда существовавшей империи. Мы можем только догадываться о значении предметов (понятий), найденных нами на развалинах и спорить о возможностях их использования в том или ином случае. Подобными поверхностными спорами академическая моральная философия и занята большую часть времени, не проникая вглубь вопроса.

Но цель данной конкретной работы не только в том, чтобы дать обзор концепции Макинтайра, но и в том, чтобы дать ответ на вопрос «Что такое быть подлинно моральным человеком в современном мире?», «Какое место так называемая «профессиональная этика психолога» может занимать в концепции этически целостной человеческой жизни?» и, если угодно, «Что значит быть хорошим психологом в терминах неоаристотелианской концепции морали?».

Глава 1. Обзор теории Макинтайра.

Почему не эмотивизм?

Современные споры о морали характеризуются не только незаконченностью, но и принципиальной неразрешимостью на уровне посылок, поскольку не существует механизма выбора из конкурирующих базовых принципов[4].

К примеру, извечный спор о допустимости или недопустимости абортов содержит следующие позиции:
— поскольку каждый человек обладает правами, включая право на свое тело, пока эмбрион является частью материнского тела, мать имеет право на аборт, решение о котором принимает она сама (требование прав человека, источник в философии Локка);
— я не могу желать того, чтобы моя мать имела возможность прибегнуть к аборту, будучи беременной мною, следовательно, я не могу отрицать право других на жизнь (требование универсальности, наследующее Канту);
— убийство — это плохой поступок, а поскольку эмбрион является живым существом, то убийством является и аборт (требование морального закона, следующее из томизма).
Спор о частной собственности и равных возможностях содержит следующие посылки:
— справедливо, чтобы каждый имел максимально равные возможности для развития своих способностей, поэтому доступ к образованию и медицинскому обслуживанию должен быть равным; следовательно здравоохранение и образование должны быть государственными (требование равных прав, основанное на теории Т. Грина и Руссо);
— каждый человек имеет право брать на себя те и только те обязательства, которые он хочет, каждый человек свободен заключать те и только те договоры, которые он пожелает, и делать свободный выбор. Следовательно, и врачи, и пациенты могут выбирать условия, учителя могут учить на тех условиях, которые устраивают их, а родители и их дети могут идти за образованием куда угодно (требование свобод, восходящее к Адаму Смиту).

При том, что в нашем обществе нет способа устанавливать предпочтение между конкурирующими моральными предпосылками, в чем Макинтайр усматривает одну из причин того, что моральные дебаты ведутся «в таком настойчивом тоне»[5], тем не менее разговоры о морали претендуют не на выражение некоего личного «эмоционального предпочтения», но на неличностный рациональный аргумент. Существует разрыв «между значением моральных выражений и их употреблением: значение есть и остается таким, каким оно было бы в случае гарантии успешности по крайней мере одного из философских проектов, но… эмотивитское употребление является в точности таким, какое можно было бы ожидать в случае, если бы все философские проекты провалились»[6].

Таким образом, Макинтайр приходит к необходимости исторического рассмотрения и сравнения морально-философских традиций с целью нахождения той, на основе которой можно выстроить адекватную современную теорию и практику моральной жизни.

Почему Аристотель?

Макинтайр, в отличие от многих релятивистов и либеральных теоретиков, уверен, что конкуренция и сравнение идеологий и традиций не только возможна, но и необходима: «человек в состоянии понимать конкурирующие перспективы… на основе этого понимания может быть сделана рациональная оценка и суждение в отношении силы или слабости конкурирующих мировоззрений или идеологий»[7]. И только путем анализа, конкуренции и взаимного обогащения возможно дальнейшее развитие концепций, в том числе философских, в том числе, и моральных.

Немаловажно, чтобы теория была состоятельна сообразно критериям ее собственной традиции. Именно по этому критерию генеалогический проект Ницше провалился[8], а аристотелизм оказался несостоятельным как теория физики и биологии, но подтвердил свою состоятельность как метафизика, политика, мораль и теория исследования[9], а значит, это лучшая на сегодняшний день теория, которая «рационально имеет право на высшую меру доверия… её эпистемологическим и моральным ресурсам»[10].

(продолжение здесь и здесь) (полный pdf статьи)

Сноски

[1] Макинтайр А. После добродетели: Исследования теории морали. М.: Академический проект. Екатеринбург: Деловая книга, 2000.
[2] Макинтайра причисляют к коммунитаристам, но сам он себя не считает таковым: «Я не коммунитарист. Я не верю в идеалы или формы общинной жизни как панацеи от всех современных социальных бед». Боррадори Дж. Американский философ. М.: Дом интеллектуальной книги, Гнозис, 1999. С. 182.
[3] Боррадори Дж. Американский философ. М.: Дом интеллектуальной книги, Гнозис, 1999. С. 177.
[5] Макинтайр А. После добродетели: Исследования теории морали. М.: Академический проект. Екатеринбург: Деловая книга, 2000. С. 20. В этой «настойчивости» можно легко убедиться, например, обратившись к учебнику Гусейнова, который в ряде случаев использует пунктуация явно избыточную для академического издания. Например, в дискуссии об эвтаназии — «Неужели живое тело менее достойно почтения?!». Гусейнов, Апресян. Этика. М., 1999.
[6] Макинтайр А. После добродетели: Исследования теории морали. М.: Академический проект. Екатеринбург: Деловая книга, 2000. С. 99.
[7] Легенгаузен М. Современные вопросы исламской мысли. Феория, Дизайн. Информация. Картография, 2009 г.
[8] «…такие его последователи, как Мишель Фуко и Жиль Делёз… совершенно не осознавая этого, поставили под вопрос саму возможность рационального истолкования этого проекта в соответствии с его собственными критериями. Как мне представляется, разоблачая других, составители генеалогий в конечном счете разоблачили самих себя». Боррадори Дж. Американский философ. М.: Дом интеллектуальной книги, Гнозис, 1999. С. 180.
[9] «…в средневековых дискуссиях, способствовавших распространению аристотелевской традиции в исламской, иудаистской и христианской среде, аристотелизм как философия политики и морали, согласно его собственным критериям, прогрессировал и выдержал критику извне…». Боррадори Дж. Американский философ. М.: Дом интеллектуальной книги, Гнозис, 1999. С. 180. Кроме того, Макинтайр не скрывает биографического момента: «мое собственное неравномерное интеллектуальное и моральное развитие можно рационально и точно описать лишь в аристотелевских терминах». Там же, с. 180.
[10] Макинтайр А. После добродетели: Исследования теории морали. М.: Академический проект. Екатеринбург: Деловая книга, 2000. С. 374.

Заинтересовались? Подписывайтесь, мы часто пишем интересное.


коммуникационный анализ

Введение в анализ коммуникации

(Фрагмент из A Method of Analysis of a Family Interview by Don D. Jackson, Jules Riskin and Virginia Satir)

Система обозначения паттернов коммуникации была в подробностях описана в других работах (Бейтсон, 1960 итд); мы обобщим их здесь. Высказывания могут быть названы «симметричными» или «комплементарными». Симметричное утверждение это высказывание о равенстве в каком-то аспекте взаимоотношений. Самым расхожим примером будет разговор между соревнующимися подростками. Например, А говорит «Я могу ударить по мячу лучше, чем ты» и Б отвечает «Я могу отправить мяч дальше, чем ты». Равенство может быть выражено общим замечанием вроде «Я имею право говорить это тебе в это время» или может быть выражено в явной форме через содержание. Комплементарное высказывание — то, которое «просит» или «предлагает». Очевидно, мы можем «просить» из комплементарной позиции «ниже» и «предлагать» из комплементарной позиции «выше». Комплементарность может быть определена в терминах содержания и в терминах следующих высказываний. Если некто описывает себя преимущественно как «Я чувствую себя отвратительно», нет возможности определить, высказывание это о паразитах, или просьба о помощи или симпатии, или это значит «С тобой трудно находиться рядом» — пока мы не рассмотрим ответ и ответ на ответ. Если контекст известен — например, это высказывание в кабинете врача и сказано оно определенным тоном, укорененными в нашей культуре — тогда можно быть более уверенным в том, высказывание ли это «сверху вниз» или «снизу вверх». Читать далее

Грегори Бейтсон, великий и ужасный

Бейтсон о чувствах: выдержки и фрагменты

…»У сердца есть собственные рассуждения, о которых рассудок не имеет никакого понятия». Для англосаксов довольно обычно думать о «рассуждениях» сердца (или бессознательного) как о рудиментарных силах, импульсах или влечениях (Фрейд называл это Trieben). Для француза Паскаля все обстояло по-другому и он, без сомнения, думал о «рассуждениях сердца» как о совокупности вычислений (логике), столь же точных и сложных, как и рассуждения сознания.
(Я заметил, что антропологи-англичане иногда именно по этой причине неправильно понимают Клода Леви-Стросса. Они говорят, что он слишком акцентирует интеллект и игнорирует «чувства». На самом деле он полагает, что «сердце» имеет точные алгоритмы.)…


….»Отношения», однако, сфокусированы несколько уже простого указания на то, что материал первичного процесса метафоричен и не идентифицирует специфических relata. Предмет сновидения и других материалов первичного процесса — это фактически отношения в более узком смысле — между «Я» и другими лицами или между «Я» и окружающей средой.
Англичанам, которых не греет идея, что чувства и эмоции суть внешние знаки точных и сложных алгоритмов, обычно приходится объяснять, что эти отношения (между «Я» и другими, между «Я» и окружающей средой) фактически являются предметом так называемых «чувств» — любви, ненависти, страха, уверенности, тревоги, враждебности и т.д. Очень жаль, что эти абстракции, ссылающиеся на паттерны отношений, получили имена, которые обычно используются способом, предполагающим, что «чувства» характеризуются скорее количеством, чем точным паттерном. Это — один из бессмысленных вкладов психологии в искаженную эпистемологию.
Как бы то ни было, для наших нынешних целей важно отметить, что описанные выше характеристики первичного процесса суть неизбежные характеристики любой системы коммуникации между организмами, которым приходится использовать только иконическую коммуникацию. Те же ограничения характерны для художника, для сновидящего, для млекопитающего и птицы. (Коммуникация насекомых — это, возможно, нечто другое.)….


….Алкоголики являются философами в том универсальном смысле, в каком все люди (а также все млекопитающие) управляются в высшей степени абстрактными принципами, которых они либо не осознают, либо же не отдают себе отчета в том, что принципы, управляющие их восприятием и действиями, являются философскими. Расхожее ошибочное название для таких принципов — «чувства» (Bateson, 1963).
Эта ошибка естественно вытекает из англо-саксонской эпистемологической тенденции материализовать либо относить к телу все периферические для сознания ментальные феномены. Без сомнения, эта ошибка подкрепляется тем фактом, что осуществление и/или фрустрация этих принципов часто сопровождается висцеральными и прочими телесными ощущениями. Тем не менее, я полагаю, что Паскаль был прав, когда сказал: «У сердца есть свои резоны, о которых рассудок ничего не знает»…


…сообщение «давайте сыграем в шахматы» не является шахматным ходом. Это есть сообщение на более абстрактном языке, нежели язык игры на доске. Сообщение «давайте заключим мир на таких и таких условиях» не принадлежит той же этической системе, что и военные хитрости в бою. Говорят, что в любви и на войне честно все, и это может быть верно внутри любви и войны, но этика становится несколько другой, когда речь заходит о том, что вне или по поводу любви и войны. Люди веками чувствовали, что предательство при перемирии или переговорах хуже, чем хитрости в бою. Сегодня этот этический принцип получает строгую научную и теоретическую поддержку. Теперь к этике можно применять формализм, строгость, логику и математику. Теперь она стоит на другом основании, нежели просто заклинания и проповеди. Нам не нужно ориентироваться на чувства, иногда мы можем знать, что правильно, а что нет….
(здесь автор интересно противоречит сам себе)))


…Как кажется, мы связываем чувства не только с вычислениями сердца, но также и с вычислениями внешних контуров разума. Мы осознаем «красоту» или «уродство» тогда, когда различаем во внешнем мире действие креатуры. «Дикий шиповнику реки» прекрасен потому, что нам ясно, что комбинация различий, составляющая его облик, могла быть достигнута только благодаря обработке информации, т.е. благодаря мысли. Мы узнаём другой разум внутри нашего собственного внешнего разума.
И наконец, есть смерть. Вполне понятно, что в цивилизации, отделяющей разум от тела, мы должны либо попытаться забыть смерть, либо создать мифологию о выживании трансцендентного разума. Но если разум имманентен не только тем контурам информации, которые расположены внутри тела, но также и внешним контурам, смерть приобретает новый аспект. Тот индивидуальный узел контуров, который я называю своим «Я», теряет свою исключительную драгоценность, поскольку этот узел есть только часть большего разума.
Те идеи, из которых, как кажется, я состою, могут стать также имманентны вам. Они могут выжить… если они истинны…


(Экология разума)

Бейтсон о психоанализе

Бейтсон о психоанализе: цитаты, выдержки, фрагменты

(Ангелы страшатся)
Блейк был современником Томаса Янга (1773-1829), который ввел понятие «энергия» в физику в качестве технического термина: «произведение (его 1/2) массы или веса тела на квадрат числа, выражающего его скорость». Но Блейк, вероятно, не знал ничего об этом определении. Для него энергия была больше страстью или духовной силой. К языковой иронии судьбы можно отнести тот факт, что старое использование и более строгое физическое определение слились вместе в таком бессмысленном понятии, как «психологическая энергия», так что физическая энергия превратилась сейчас в прокрустову модель для живости, возбуждения, мотива и чувства. Фрейд зашел даже настолько далеко, что принял сохранение энергии в качестве метафоры, объясняющей определенные аспекты человеческой энергии, и размышлял об этих вещах в грубых количественных терминах, представляя себе какой-то бюджет психологической энергии.

Читать далее

философия и психология Пятигорский

Философия и психология: лекция Александра Пятигорского

Ссылка для скачивания и прослушивания

((Невероятную эту лекцию я услышала первый раз несколько лет назад, с тех пор регулярно переслушиваю и каждый раз восторгаюсь. Манера изложения Александра Моисеевича вкупе с интереснейшим предметом — рецепт невероятной захватывающести :) Любые исправления и дополнения публикуйте, пожалуйста, в комментариях!))

…Философия и психология… Ни разу в своей жизни я не читал лекции на эту тему. Первое, о чем я вас хотел предупредить. Очень вас прошу: ничего не записывайте, только слушайте. Ничего не старайтесь запоминать, только слушать. Просто чтобы был живой процесс. И особая просьба: если у вас будет вопрос, немедленно меня прерывайте и громким голосом спрашивайте, нечего не копите. Договорились? И я отвечу, если смогу. А не смогу, извинюсь и скажу, что не знаю.
Итак, «философия и психология». Заметьте порядок, не «психология и философия», а «философия и психология». Я не психолог, психология это профессия. Я философ, профессии такой нет и, я надеюсь, не будет. Философ – это склад мышления, образ жизни. Это не профессия! Можно быть профессиональным преподавателем истории философии, пожалуйста, профессиональным философом быть нельзя. Читать далее

Элементы бейтсонианской эпистемологии

Фрагмент из статьи «Форма, вещество и различие» (из сборника «Шаги в направлении экологии разума»). Некоторые элементы эпистемологии, которую развивал Бейтсон, здесь очень хорошо показаны.

…Нам следует изменить весь наш образ мысли относительно ментальных и коммуникативных процессов. Обычные аналогии энергетических теорий, заимствуемые из естественных наук в качестве концептуального каркаса для построения теорий психологии и поведения, — все эти прокрустовы структуры — бессмыслица. Они ошибочны. Читать далее

Бейтсон о научном мышлении

Вашему вниманию предлагаются фрагменты из Введения к книге «Шаги в направлении экологии разума». В них очень ясно выражен подход Бейтсона к науке, её фундаментальным истинам и эмпирическим концептам. Проясняется, чему и как он старался учить своих слушателей.

…В отчаянии я сконструировал таблицу, описывающую, в чем, по моему разумению, должна состоять задача ученого. Использование этой таблицы сделало ясным, что разница между моими мыслительными привычками и привычками моих учащихся проистекала из того, что они были обучены думать и аргументировать индуктивно — от данных к гипотезам, но никогда не проверяли эти гипотезы знанием, дедуктивно извлеченным из фундаментальных понятий науки или философии. Читать далее

Плацебо, медицина, Грегори Бейтсон, теория систем, обратная связь

Бейтсон: медицина, плацебо и петли обратной связи

(Фрагменты книг Ecology of mind, Mind and nature, Angels fear)

… Все меры ad hoc оставляют незатронутыми более глубокие причины проблем и, что еще хуже, обычно позволяют этим причинам усилиться и соединиться между собой. В медицине облегчение симптомов без лечения болезни является мудрым и достаточным тогда и только тогда, когда болезнь либо несомненно смертельна, либо излечивается сама. Читать далее

Капра, Паутина жизни

Фритьоф Капра, о языке, мышлении и religio

…В буддийской философии ярко представлены некоторые важнейшие проявления человеческого состояния и его корней в языке и сознании. Экзистенциальное человеческое страдание возникает, по мнению буддистов, когда мы цепляемся за постоянные формы и категории, созданные разумом, вместо того чтобы принять непостоянную, преходящую природу всех вещей. Будда учил, что все постоянные формы — вещи, события, люди или идеи — не что иное как майя. Подобно ведическим пророкам и мудрецам, он пользовался этим древним понятием, но он спустил его с космического уровня, который оно занимает в индуизме, и соединил с процессом человеческого познания, тем самым придав ему свежее, почти психотерапевтическое звучание. В силу собственного невежества (авидъя), мы делим воспринимаемый мир на отдельные объекты, которые кажутся нам прочными и постоянными, но которые на самом деле переменчивы и преходящи. Цепляясь за свои жесткие категории, не понимая текучести жизни, мы обречены переживать страдание за страданием. Читать далее

Вебинары системная семейная психотерапия

Вебинары по системной психотерапии

Добро пожаловать на наши вебинары по системной психотерапии
Уважаемые коллеги, дорогие клиенты и мужественные студенты!
Участвуйте в трансляции на этой странице! Начало по средам в 20-00 MSK.